kroharat | Про девочку Женю и полосатые путешествия...

Для моего пушистого друга с жизнерадостными полосочками :)

Как я вам уже рассказывала, жила-была на свете девочка Женя. Она жила в большом пятиэтажном доме с мамой, папой, с бабушкой Светой и рыжим котенком. Вот из-за рыжего котенка по кличке Рыжик и приключилась эта занимательная история...
Как-то солнечным весенним утром Женя лежала в кровати и мрачно смотрела сквозь стеклянную балконную дверь, как воробьи, радостно галдя и суматошничая, поедают хлебные крошки. Женина шея была обмотана длинным полосатым шарфом, а на столике возле кровати стояла полная кружка горячего молока – с маслом и прополисом, которые плавали на поверхности противной желтой пленкой. У Жени болело горло. Что само по себе было не так уж и плохо – можно долго спать, и никто не обзывает лентяйкой; можно не ходить в садик и весь день играть с любимыми игрушками и выпрашивать у бабушки пирожки; а вечером, когда поднимается температура и становиться жарко, можно немножко покапризничать, и тогда папа обязательно прочитает лишнюю сказку. Всё бы ничего, но вот молоко с прополисом и отвратительными, липкими пенками…
Женя грустно вздохнула. Молоко было неизбежно.
На постель вспрыгнул Рыжик и важно затопал мягкими лапками по одеялу. В такт котенкиным шагам позвякивал мелодично маленький колокольчик у него на шее. Чуть потоптавшись, Рыжик в конце концов устроился у Жени под боком и заурчал, как маленький моторчик. Женя запустила пальцы в густую теплую шерстку и пожаловалась:
- Понимаешь, Рыжик, я люблю молоко – и даже горячее… Но вот зачем они его портят пенками? Ведь любой человек же должен понимать – молоку совершенно не нужны пенки!
Рыжик согласно муркнул – он тоже любил молоко. Женя снова вздохнула.
- А еще очень обидно болеть именно сейчас, когда наконец-то вернулось солнце. Оно же так долго путешествовало по другой стороне неба. Гулять-то теперь долго не пустят – и солнце успеет рассказать все свои истории, а я ничего не услышу… - Женя даже всхлипнула обиженно, так ей было жалко, что она не услышит волшебных историй о приключениях солнца с другой стороны неба. В комнату неслышно зашла бабушка. Увидев, что Женя хлюпает носом, она всполошилась и принялась спрашивать, что болит у «рыбоньки», «кисоньки» и «ласточки». Женя была уже большая девочка – почти целых пять лет – и потому знала, что все звери не настоящие и бабушка имеет ввиду ее, Женю. Она попыталась рассказать бабушке о своей беде, но та, не дослушав рассказа и до половины, вдруг всплеснула руками и возмутилась:
- Женя, молоко-то совсем уж остыло. Ну-ка пей быстро! – и всунула Жене в руки полную кружку. По поверхности по-прежнему плавала отвратительная желтая пленка прополиса и масла. Под ней топорщились противные липкие пенки. Женя зажмурилась и мужественно отхлебнула.
Десять минут спустя бабушка ушла, неся в руках пустую кружку. Женя, изможденная своим подвигом, откинулась на подушку. Стало жарко и сонно – наверное, это греет изнутри прополис…
Женя как-то в деревне видела, как выглядят медовые соты – у их соседа, дяди Степана, была своя пчелятня… кажется, мама называла ее просека… или пасека… Женю поразило тогда, как искрятся и переливаются теплым желтым светом соты, как густеет янтарный мед – словно солнечный свет и тепло сливают в большие банки… Дядя Степа рассказывал, что мед делают пчелы – и с тех пор Жене казалось, что все, что связано с пчелами, состоит из солнечного света, собранного на зиму про запас… а мама вчера сказала, что прополис тоже пчелы делают… интересно, а любят ли пчелы пенки в молоке… дядя Степа сказал, что пчелы и молочко умеют делать… наверное, на пчелином молоке не бывает пенок…
Постепенно Женю сморил жужжащий и пахнущий медом пчелиный сон. Рыжик, чутко дернув ухом, вскочил – чуть звякнул колокольчик на бордовой ленточке – и лапами принялся скатывать в клубок полосатый шарф – Женя стянула его с шеи, когда стало совсем жарко. Скатав шарф, Рыжик поволок его к окну, периодически наступая на длинные кисти, спотыкаясь и недовольно сопя. У окна Рыжик вспрыгнул на подоконник и уселся у самого окна, распугав всех воробьев. А потом принялся легонько дергать лапкой свой колокольчик – и по комнате поплыла негромкая, звянкая весенняя мелодия. Любопытное солнце тут же заглянуло в комнату – и котенок, сощурившись и чуть дернув хвостом, принялся с ним шептаться, а потом спрыгнул и улегся на шарф, лежащий под окном – и рядом с ним тут же пристроился теплый солнечный лучик…
Мама в тот день вернулась с работы пораньше. Тихонько заглянув в дочкину комнату, она увидела, что Женя спит, раскинувшись на кровати и сбросив одеяло. Зайдя в комнату, чтобы укрыть ребенка, она заметила, что шарф валяется на полу, и в нем, уютно свернувшись клубочком, дрыхнет Рыжик.
- Вот поросенок! А ну слезай немедленно! У меня ребенок больной, а ты устроился! – потянув шарф, она согнала недовольно мякнувшего котенка, и принялась наматывать длинный полосатый шарф дочке на шею. Женя что-то пробормотала во сне. Погладив ее по голове, мама вышла, тихо закрыв за собой дверь.
Рыжий, дождавшись, пока она уйдет, вспрыгнул на кровать и снова устроился у Жени под боком. Чуть повозившись, он успокоено затих и, чутко прислушиваясь к чему-то, легонько дернул лапкой колокольчик на шелковой ленточке. По комнате разлился тонкий серебряный звон. Женя улыбнулась во сне – теперь ей виделось, как рыжее Солнце в длинном полосатом шарфе путешествует по той стороне неба…

С тех пор прошло много лет. Но говорят, что и теперь, когда начинает болеть горло, девочка Женя, морщась и жмурясь, пьет молоко с медом и пенками и заматывает шею тем самым полосатым шарфом – и тогда ей непременно снятся сны о путешествиях Рыжего Солнца…